Антон примчался через час после отъезда инспектора. Он влетел в квартиру, споткнулся о кусок бетона и замер, глядя на то место, где раньше висел портрет дедушки, а теперь зияла дыра в соседский мир. Вероника сидела на единственном уцелевшем стуле посреди «опен спейса», вся серая от пыли. Перед ней на перевернутом ведре из-под шпатлевки лежала тонкая папка. — Мам? Ника? — Антон растерянно переводил взгляд с жены на мать. — Что тут произошло? Соседка снизу орала на меня матом... — Антоша! — Тамара Павловна тут же включила режим «бедной овечки»...