Я никогда не считал себя человеком, способным разгадывать чужие тайны. До войны я просто следил, чтобы поезда уходили со станции минута в минуту, и думал, что так будет всегда. Но война перевернула всё, и вместо расписаний составов мне пришлось читать человеческие лица, выискивая в них трещины. К сорок пятому году я уже два года носил форму контрразведчика и знал одно правило твёрже любого устава: самая опасная ложь — та, которая выглядит безупречно. И история, которую я хочу рассказать, началась именно с такой безупречности, с одного случайно услышанного ответа на самый простой вопрос...