В избушке на курьих ножках, что стоит на опушке леса лицом к дороге, а спиной к болоту, утро начинается не с рассвета. Оно начинается с того, что Чуня открывает глаза и нюхает воздух. В это утро воздух пах иначе. Не сухарями, не сушёными яблоками, не печным теплом, которое всегда ждёт за порогом. Воздух пах ожиданием. Таким густым и плотным, что Чуня высунула нос из коробки и замерла, прижав уши, чтобы ничего не пропустить. В избе было тихо. Но это была не та тишина, когда все спят. Это была тишина, когда все уже проснулись, но никто не дышит...