Жил-был Царь. Не такой, как другие цари — те сидят в башнях и слугам бросают кости. Этот Царь сам пёк хлеб. Сам накрывал стол. Сам звал гостей. Не придворных — всех: нищих, слепых, хромых, детей, стариков. «Приходите, — говорил Он, — стол накрыт, хлеб ещё тёплый, вино в кувшинах. Никаких пропусков. Никаких привратников. Я сам открыл дверь. Я сам снял завесу». И люди приходили. Садились. Ели. Пили. И Царь садился с ними — не во главе стола, а посреди, на простом месте. Он разламывал хлеб и подавал через руки — каждому лично...