Дед Степан Лукич Кожемякин собак не любил. И не то, чтобы не любил – не любить можно, скажем, манную кашу или зятя, который по праздникам песни орёт. А тут было другое. Собак Степан Лукич не выносил, как не выносит здоровый зуб холодной воды: сразу сводило его всего, кривило, и в глазах загоралось что-то тёмное, колючее. Вся Кривуша об этом знала. Деревня небольшая, сорок дворов, из них жилых дай бог половина, – тут про каждого знают, кто сколько картошки накопал, у кого какая корова, кто с кем в девках гулял...