Кинематограф есть сновидение о мире, но сновидение, обладающее железной логикой мифа. Подростковый нуар — не жанр и не стиль, а именно сновидение, в котором школьный коридор оборачивается улицей грехов, а звонок с урока — трубным гласом рока. С первых же кадров этого странного, тревожного кинематографа мы попадаем во власть особой оптики: мир утрачивает устойчивость, свет становится вещественным и враждебным, а тени приобретают самостоятельное бытие. Это не просто игра в детектив, не костюмированное переодевание подростка в плащ частного сыщика...