В шестой части Хая сняла квартиру на Тираспольской, и Шофель впервые в жизни получил свою крышу. Она сняла с ворота рубахи Григория два его волоса и приворожила в три захода: сперва на воск, чтобы заметил и подошёл, потом на сон, послав Шофеля стоять у его изголовья, а в конце января отдала ему думку, зашив в неё свою прядь, смоченную своей кровью. Его волос остался у неё. Одиннадцатого февраля он вернулся из Константинополя и остался у неё до утра, а через четыре дня ушёл в рейс. В тот же день она наняла извозчика, поехала на Большой Фонтан и бросила бутылку с обрыва в море...