— Тань, ну честно, опять пересушила. — Игорь отодвинул тарелку с котлетой, словно там лежало что-то несъедобное. Он подцепил вилкой край поджаристой корочки и брезгливо поморщился. — Вот у мамы они всегда сочные, прямо тают во рту. А тут… жуешь, как подошву. Татьяна замерла с полотенцем в руках. Часы на кухне тикали слишком громко, отмеряя секунды её терпения. Она только что вернулась после двенадцатичасовой смены в процедурном кабинете. Ноги гудели, перед глазами всё ещё стояла очередь из кашляющих пациентов, а спина ныла от бесконечных наклонов к кушеткам...