Тишина в моей квартире всегда была особенной. Не пустой, как в заброшенных домах, а наполненной, плотной, сотканной из памяти о тридцати годах службы, запаха оружейного масла и старых книг. Но в тот вечер тишина казалась мне предательской. Я смотрел на часы: стрелки показывали половину восьмого. Моя дочь Алиса должна была привести своего жениха, Дмитрия, ровно час назад. Задержка сама по себе не тревожила — город стоит в пробках, жизнь есть жизнь. Тревожило другое: то, как Алиса говорила о нем по телефону...