Маша стояла у окна, глядя на знакомый с детства пейзаж: соседский забор, старую раскидистую яблоню, огород, за которым начинался луг, уходящий к тёмной полоске леса. Уезжать было невыносимо тяжело. В комнате царила суета, от которой почему-то бросало в дрожь. Мать торопливо укладывала в сумку гостинцы: домашнее сало, банки с мёдом, сметану, творог, топлёное масло. Она старалась не смотреть дочерям в глаза, чтобы не выдать свою боль, и от этой суетливости, от этих молчаливых сборов сердце Маши начинало ныть, словно от физической раны...