Хлопнула дверь. В прихожей, нарушая идиллию идеального порядка, осталась сиротливо стоять её обувь: кроссовки с розовыми шнурками и, почему-то, один балетка. Зима остался в абсолютной тишине. Он сел на свой идеально вычищенный диван, пододвинул чашку (которая все еще стояла без блюдца) к себе и уставился в стену. Там висела их свадебная фотография. Молодой Зима, еще без этой его вечной морщины между бровей, смеялся, глядя на Риту, которая в тот момент собиралась задуть свечи на торте. Тогда ему было хорошо...