Марина с усилием разогнула уставшую спину, и в позвоночнике отозвался сухой, колючий хруст. Настенные часы над зеркальной стойкой ресепшена показывали начало восьмого утра. Она опустила взгляд на свои ладони: кожа, изъеденная едкой щелочью и ледяной водой, покраснела и покрылась сетью мелких кровоточащих трещин. Вся ее жизнь недавно превратилась в бесконечную, выматывающую борьбу с грязью и нищетой. К трудностям Марина привыкла с детства. Детдомовское прошлое накрепко вбило в нее главное правило: если упала - никто не подаст руки, нужно подниматься самой, пока не затоптали...