На прошедшей неделе я, сидя на квизе, не вспомнила, кто написал «Дедушку Мазая и зайцев»
Причем не просто не вспомнила — в голове вместо мыслей стоял гул, будто там ничего по этому поводу и не было. Ни начальной школы, где Мазая читают, ни курса русской литературы в универе, ни даже курса детской литературы, на которой все эти произведения тоже разбираются. «Ну ты же филолог», — неслось мне в уши. «Ну я же филолог», — вторил мне собственный ехидный внутренний голос. А моя память на это продолжала молчать, будто этого деда с зайцами отродясь не видала и ничего про него не слышала. Ступор длился недолго, потому что нужно было играть дальше...