Москва, душный август 2017 года. В гулкой тишине студийного павильона Первого канала повисла тяжелая пауза. На сцене стоял молодой парень, пытаясь вытянуть высокую ноту. Зал замер. А потом раздался звук, похожий на скрип несмазанной калитки — это один из отцов русского рока Александр Градский со вздохом откинулся на спинку своего огромного красного кресла. Он не нажал на кнопку. Его лицо, изрезанное глубокими морщинами, выражало не просто скуку, а физическую, почти зубную боль. - Мальчик, — произнес...