— Коля, принимай мебель! И Мурзика подержи, а то он от этой вашей городской суеты совсем испереживался, сердечный. Николай застыл в дверях с разводным ключом в одной руке и недоеденным бутербродом в другой. На лестничной площадке тринадцатого этажа разворачивалось зрелище, достойное батальных полотен девятнадцатого века. Два потных грузчика, громко и витиевато выражая сомнения в умственных способностях конструкторов панельных домов, пытались развернуть на узком пятачке массивный, обитый ядовито-зеленым велюром диван...