Кассета шипела секунду. Потом Григорий Петрович заговорил. Голос был живой. Глубокий, чуть хрипловатый, спокойный, как на школьном уроке истории, когда он рассказывал про Смутное время. Наталья вздрогнула. Виктор побелел. Игорь застыл с очками в руке. «Игорь. Виктор. Раиса. Если вы это слышите, значит, я не дожил до того момента, когда мог сказать это лично. Я записал эту кассету в июне 2018 года, в свои шестьдесят восемь. Хотел успеть, пока голова ясная. Хотел, чтобы вы услышали меня один раз без того, что каждый из вас торопится вставить своё»...