— Ты обязана готовить на всю мою семью трижды в день! — заявил супруг, с размаху опустив ладонь на столешницу. Чашка с моим давно остывшим утренним кофе жалобно звякнула, а по белой скатерти расползлось некрасивое коричневое пятно. Я медленно оторвала взгляд от экрана ноутбука, где горел не сданный из-за утреннего скандала годовой отчет, и посмотрела на Игоря. Мой муж, человек, которого я еще три года назад считала надежной опорой, сейчас стоял посреди моей кухни, раскрасневшийся, грозный и абсолютно уверенный в собственной правоте...

До сорокового дня оставалась неделя, но я уже потеряла счёт времени. Каждое утро просыпалась с одной и той же мыслью: «Серёжи больше нет». И сразу следом — тяжесть в груди, от которой не спасали ни слёзы, ни молитвы, ни попытки занять себя домашними делами...