Владимирский тракт, веками помнивший кандальный звон и крестьянские обозы, теперь содрогался от мерного, тяжёлого лязга гусениц уральской стали. Мы шли на Москву стремительно, не давая разбитым под Нижним Новгородом Стражам Эфира закрепиться на промежуточных станциях и перевести дух. Но Белокаменная не собиралась сдаваться без боя. Для старой аристократии Москва была не просто древней столицей, а священным щитом, за которым они надеялись отсидеться, пока Петроград собирает миллионную армию мобилизованных «пустышек» со всей европейской части страны...