Сеня сидел на кухне, красный, с блестящими глазами. – 37 и 8, – констатировал Костя, глядя на градусник с видом мученика. – Похоже, приплыли. – И что теперь? – Таня скрестила руки на груди. – Ну... зоопарк отменяется. И кино. Придется дома сидеть. Лечиться. «Отменяется». Это слово повисло в воздухе, как приговор. Запертый в четырех стенах гиперактивный ребенок — это бомба замедленного действия. А больной гиперактивный ребенок — это ядерный взрыв. Костя продержался ровно полдня. Сеня ныл. Ему было скучно, плохо и жарко...