Три силуэта, застывшие в проеме, казались сошедшими со старинных храмовых фресок, но в живую эта святость не вызывала трепета-только первобытный ужас. На них были тяжелые, литые доспехи из высшего небесного металла. Белоснежные латы не имели ни единой царапины, а их глянцевая поверхность отражала свет так сильно, что на неё больно было смотреть. Никаких забрал или шлемов - их лица скрывали глухие маски из полированного серебра, на которых не было ни глаз, ни рта, лишь чеканный рельеф застывшего в немом крике ангельского лика...