Дом у деда был старый, время только добавляло ему морщин. Он и сам чем-то походил на хозяина: видно, что держится, но уже устал. Да и палисадник давно превратился в непроходимые дебри. Ежевика сомкнула колючие плети в сплошную сеть, переплелась с жгучей крапивой. Даже местные коты, известные своей наглостью шастать, где им вздумается, обходили эти места стороной, боясь изодрать свои шкурки. Я помню это место другим — каким оно было при бабушке. Тогда палисадник выглядел прибранным, торжественным, словно подворье перед свадьбой...