Рассматривая старые пожелтевшие фотографии Максима Горького, я поймал себя на мысли. Мы привыкли видеть его суровым монументом, непогрешимым «буревестником революции». Но для меня он интересен прежде всего как живой человек со своими слабостями. Главный пролетарский классик был тяжелейшим, почти маниакальным курильщиком. Что же на самом деле скрывалось за его знаменитыми пышными усами - копеечная махорка ради пролетарского имиджа или элитный табак лучших фабрик? Чем глубже я погружался в его письма...