Тишина после её слов была настолько густой, что в ней застрял даже звук новогоднего горошка из телевизора. Алёна не улыбалась. Она просто ждала, слегка отставив бедро в сторону, как манекенщица на подиуме. Стояла посреди скромной, но уютной гостиной родителей Виктора, и её кричащая розовая блузка казалась здесь чужеродным, ядовитым цветком. — Твой отец заплатит за мой отдых, или я не выйду замуж. Она произнесла это не как просьбу. И не как требование. А как медицинский факт, который просто констатируют вслух...