— Ты обязана мыть полы в подъезде за всю родню свекрови, ты же самая молодая и здоровая! — распорядилась мать мужа на лавочке. — Простите, Нина Петровна? — Вера замерла посреди посыпанной гравием дорожки с тяжелыми пакетами из супермаркета в обеих руках. Пальцы уже белели от врезавшихся тонких ручек. — За какую еще родню? — За какую, за какую… Глухая, что ли? — Нина Петровна шумно втянула носом теплый майский воздух, поправила на плечах вязаную кофту ядовито-сиреневого цвета и оглядела лавочку напротив, где сидели две ее вечные товарки — глуховатая баба Клава и вечно щурящаяся тетя Зина...