— Надюш, ты же всё равно дома? — голос в трубке был таким лёгким, почти беззаботным, будто речь шла о сущей ерунде. — Забери, пожалуйста, девочек из садика в три. Мне смену не отпускают. Надя посмотрела на экран ноутбука. Там мигал курсор посередине незаконченного текста — она писала уже второй час, и наконец-то пошло. Но голос в трубке ждал. — Хорошо, Маш. Заберу. — Ты лучшая! Я часам к восьми приеду. Маша отключилась раньше, чем Надя успела что-то добавить. Она положила телефон на стол и ещё раз посмотрела на экран...

Торт стоял в самом центре стола, словно маленькая планета в собственной солнечной системе, окруженная сиянием детских глаз. Одиннадцатилетняя Алина и девятилетний Артем смотрели на него с таким неподдельным, почти физически ощутимым восторгом, что казалось, будто свет исходит не от свечей, а от них самих. Их зрачки были расширены, лица слегка розовели от возбуждения и тепла, исходящего от горячего воска. Этот момент, застывший во времени, должен был стать идеальной точкой в дне, который я готовила с самого утра...