В сером детдоме, с его хрустящими полами и скрипучими дверями, каждый день казался бессмысленным продолжением предыдущего. Свежий утренний воздух не мог пробиться сквозь запыленные решетчатые окна, наполняя комнаты запахом старого времени и потери. Здесь жил Миша – шести лет, с душой, полной тоски, которая не покидала его даже в жаркий июльский день. Он сидел на старом ободранном стуле у окна и смотрел на других детей на улице, как они играли, смеясь и радуясь жизни. Этот смех звучал для него, как далёкая музыка, которая уже не могла достучаться до его сердца...