Я никогда не плакал. Вообще. Даже в девяносто восьмом, когда меня, молодого и горячего, кинули на полмиллиона долларов, я лишь сжал зубы и за неделю нашел способ отыграть всё обратно с процентами. Я давно приучил себя к тому, что слезы — это слабость, а слабость в моем мире означает смерть...

— Почему в коридоре стоят мешки с картошкой, а в ванной моется какая-то незнакомая тётка?! Ты решил превратить нашу квартиру в общежитие для всей своей дальней родни из деревни?! Я не нанималась обслуживать твой табор, который приехал «посмотреть столицу»! Пусть уматывают в хостел! — визжала жена, переступая через баулы и тюки, которыми был завален весь коридор их небольшой двухкомнатной квартиры. Татьяна только что вернулась с работы после двенадцатичасового марафона сложнейших квартальных отчетов...