В эту секунду мир для меня остановился. Звук упавшей вилки о тарелку прозвучал в наступившей тишине как оглушительный гонг. Я смотрел на своего пятилетнего сына Тёмку, который беззаботно болтал ногами под столом, пережевывая котлету, и чувствовал, как у меня холодеют руки и немеет затылок. Воздух на кухне, наполненный ароматами домашнего ужина, вдруг стал густым, вязким и невыносимо душным. Я медленно, словно во сне, перевел взгляд на жену. Лена замерла с занесенным над салатом ножом. Я увидел, как краска мгновенно отхлынула от её лица, превращая его в безжизненную маску из белого мрамора...