Свекровь подсматривала в мой планшет. Я показала родне, как она подсматривает.
– Вер, ну тебе же не горит. Тебе только к декабрю надо, а у меня проценты капают каждый день. Алла стояла в моей прихожей в куртке и в сапогах, с которых на коврик уже натекло. Я зашла минуту назад: в одной руке пакет с молоком, в другой ключи, на ноге висел Мирон и требовал снять шапку. – Что мне не горит? – спросила я. – Ну сорок две же у тебя лежат. Дай тридцать, я к Новому году верну. Пакет я так и не поставила. Ручка резала пальцы, молоко оттягивало руку. Объясню коротко, иначе дальше будет непонятно...