Сидя на кухне, Дина никак не могла согреться, хоть и пила горячий чай. На душе скверно и холодно, и она уже понимала, что это не от холода ее трясет, а от разговора с отцом. Она вновь и вновь прокручивала в голове тот разговор, что произошел у них часа три назад, перед ее глазами вновь и вновь стояла подрагивающая спина отца. - Как ты мог, папа, - сказала она ему с обидой и слезами, вскочила и убежала. На кухню тихо вошел муж Славик: - Мишутку уложил, спит. Она кивнула головой и заплакала, сквозь слезы говорила: - Слав, ну как он мог? Муж гладил ее по спине...