– Вера Андреевна, откройте. Участковый. Я стояла с мокрыми руками, в фартуке, посуда после ужина так и осталась в раковине. На площадке переминался молодой лейтенант, а за его плечом маячила Зинаида Егоровна с третьего этажа – в вязаной кофте и домашних тапках. – На вас жалоба, – сказал он. – Шум после двадцати трёх часов. Музыка, крики, топот. В комнате спала Полина. Дочке восемь, второй «А», и в половине десятого у нас во всей квартире уже темно. Я живу в этом доме десять лет, замужем девять, и полиция до того вечера ко мне ни разу не поднималась...