Мороз в тот вечер стоял такой, что воздух будто звенел. Минус двадцать семь, не меньше — я посмотрела на табло у аптеки, когда мы с дочкой Лией шли домой, и цифры обожгли взгляд, как ледяные иголки. В подъезде пахло сыростью и старым деревом, лифт опять не работал, и я, прижимая Лию к себе, тащила сумку с продуктами и пакет с её сменкой, думая только об одном: скорее бы в тепло, скорее бы снять эти продрогшие варежки, налить горячего чая, завернуться в плед. Мы жили в квартире свекрови — трёхкомнатной, просторной, с высокими потолками и окнами на тихий двор...