Лариса выскочила из подъезда, с силой толкнув тяжелую дверь, и сразу прищурилась от яркого майского солнца, залившего двор до самого асфальтового пятачка с покосившейся скамейкой, где её уже битых полчаса дожидался Егор. Мать, перед тем как уйти на вторую смену, целый час читала ей нотации о том, что за младшей нужен глаз да глаз, что Есения, она же Сенька ещё мала и беспомощна, что в их возрасте разница в одиннадцать лет — это целая пропасть ответственности, которую Лариса, как старшая, обязана нести без единой жалобы...