Зима сорок второго года в Белоруссии была не просто временем года. Это было осязаемое, белое чудовище, которое, казалось, решило заморозить саму войну. Снег скрипел под валенками так громко, что каждый шаг казался выстрелом. Лес стоял черный, мертвый, похожий на строй обугленных скелетов, и лишь ветер выл в верхушках сосен поминальную молитву. Их было шестеро. Шесть теней в белых маскхалатах, сливающихся с сугробами у обочины Минского шоссе. Командир отряда, Андрей Короткевич, дышал в меховой воротник, стараясь согреть воздух, прежде чем тот обожжет легкие...