– Мы поживём у тебя год! Римма Викторовна сказала это вместо «здравствуй». Стояла на нашем коврике в бежевой стёганой куртке, в каждой руке по клетчатой сумке, с какими раньше ездили на рынок челноки. За её спиной свёкор, Анатолий Ильич, держал чемодан на колёсиках и подушку в наволочке с утятами. Подушку он прижимал к животу, как кота. Я открыла им в фартуке и с сантиметром на шее. Суббота, в двенадцать у меня была примерка, и я решила, что клиентка пришла раньше. Свекровь шагнула вперёд. Сумка задела косяк...