Огромная хрустальная ваза качнулась, будто на мгновение задумалась, а потом, не сумев противиться законам физики, сорвалась со стеллажа и с грохотом разлетелась на осколки. Хотя… «сорвалась» — звучит уж слишком невинно. Сами вазы с полок не прыгают, их оттуда снимают, роняют, сталкивают. Вот и теперь рядом, посреди россыпи блестящих на солнце осколков, застыла виновница бедствия — молодая женщина с рыжеватыми волосами. Осколки разлетелись веером по полу, усеяв его крошечными блестящими кусочками света...