Плотный бумажный конверт с результатами ДНК-теста казался Наталье Сергеевне горячим. Она сидела в салоне своего автомобиля, припаркованного в двух кварталах от лаборатории, и никак не могла заставить себя потянуть за клейкую ленту. Сердце колотилось где-то в горле. Четыре года. Четыре года она смотрела на внука Диму и чувствовала, как внутри скребется уверенность — он чужой. У мальчика не было ничего от их “породы”: ни фирменного, упрямого подбородка, ни тяжелого взгляда исподлобья, свойственного всей их семье...