Чашка выскользнула из пальцев и разбилась о пол. Зинаида Павловна не пошевелилась. Стояла посреди кухни, прижав ладонь к груди, и слушала. Костя играл в комнате. Простенькую мелодию – тихую, в миноре, с переходом в мажор к финалу. Ничего особенного. Упражнение для начинающих. Так, во всяком случае, должно было быть. Но у неё перехватило дыхание. Чай растекался по линолеуму. Осколки белого фарфора – того самого сервиза, что остался от матери – лежали вокруг, как странные цветы. Зинаида смотрела на них и не видела...