Я, батрак из села Залесного, и нынче расскажу вам правду про Ад, в котором мы живем, без прикрас. Мы дошли до самого края, где уже не остаётся ни слёз, ни слов, а только глухая, тяжёлая решимость. Зима в тот год выдалась лютая. Ещё в ноябре задуло так, что крыши скрипели, будто стонали от боли, а к декабрю снег лёг плотным, тяжёлым покрывалом, в котором тонули и люди, и лошади. Мы, батраки, жили в длинной, прокопчённой избе на краю села — её и домом-то назвать было стыдно. Стены промерзали насквозь, по углам висел иней, а щели в брёвнах мы затыкали тряпьём да клочьями старой соломы...