На детской площадке Сережка увидел, как Полина достала из пакетика пирожок с сосиской и собирается его съесть. У Сережки аж слюнки потекли от вида вкусняшки с золотистой корочкой, и он, не мешкая, подбежал к Полине: - Поля, лучше отдай пирожок мне! Иначе я тебя буду громко дразнить: «Жадина-говядина, пустая шоколадина, сосисками набитая, на меня сердитая!» Полина укоризненно покачала головой: - Фу, как некультурно, Сережа! Добиваться своей цели надо не угрозами, а ласковыми словами! Ты слышал про...

— Пап, купи маме вот эти. У дяди Серёжи дома такие стоят. Мама всегда ими там брызгается и целует его в нос. Тася сказала это громко, на весь проход, и ткнула пальцем в витрину. Флакон был тяжёлый, гранёный, с золотой крышкой. Продавщица за стойкой перестала протирать стекло. Матвей Гордеев стоял с пакетом детского сока в руке и смотрел на дочь. Шесть лет. Косичка набок, шапка с помпоном, колготки сползли гармошкой. Она не шутила и не выдумывала, дети в этом возрасте так складно не врут. — В нос? — переспросил он...