Он думал, что я смирилась с его изменой — на самом деле я просто ждала, когда будет больнее всего
Я узнала всё за три дня до собственных родов. Не от него. Он бы никогда не сказал. Он вообще был мастером говорить только правду, но никогда — всю. Он выдавал её дозированно, как яд, который должен убивать медленно, чтобы жертва не поняла, от чего именно сдохла. Я узнала от неё. Она пришла в мою палату сама. Я лежала после вторых суток, когда Вера наконец перестала орать и дала мне поспать хотя бы два часа. В палате было тихо, только соседка, та самая, которую бросил парень, сопела в подушку, наглотавшись успокоительного...