— А этот соус... это брусничный? Леночка, ну ты даёшь! Я бы в жизни так не заморачивалась. Слушай, а дай-ка мне ещё кусок утки, только ножку, там мясо пожирнее! Этот голос, чавкающий и громкий, казалось, разрезал хрустальную тишину их идеального вечера на мелкие, грязные осколки. Елена сидела, вцепившись пальцами в край белоснежной скатерти так сильно, что костяшки побелели. Она смотрела, как жир с утиной ножки капает на её новую дубовую столешницу, но не могла выдавить из себя ни слова. А начиналось всё совсем иначе...

— Ты опять не закрыла дверь на нижний замок. Я полчаса ковырялся ключом, пытаясь попасть в собственную квартиру. Кирилл стоял в прихожей, не разуваясь. С его ботинок на ламинат стекала грязная серая жижа — последствия ноябрьской слякоти и двух часов дороги через весь город. В руках он сжимал пакет с продуктами из супермаркета, ручки которого врезались в онемевшие пальцы. Пакет был тяжелым, неудобным, но самое главное — абсолютно ненужным, как выяснилось секундой позже. Из гостиной, перекрывая гул...