Будильник зазвонил в шесть, а Виктория не спала уже с четырёх. Лежала, смотрела в потолок и слушала, как за стеной ворочается Тимофей. Ему шесть, и он снова начал просыпаться по ночам. Она поднялась, нащупала тапки. На кухне включила свет, и он ударил по глазам жёлтым, нездоровым. Кран капал. Виктория прижала ладонь к холодному металлу мойки и постояла так секунд десять, собирая себя по кусочкам. Тимофей появился в дверном проёме босиком, в пижаме с динозаврами. Левый рукав сполз, обнажив худое плечо...

– Вы зачем ему обычный творожок дали? Там же сахар сплошной, ароматизаторы и консерванты! Я же русским языком просила, покупайте только фермерский, из козьего молока, без добавок! Пластиковая баночка с яркой этикеткой с громким стуком опустилась на столешницу. Из-за неплотно прилегающей фольги на идеально чистую поверхность вытекла небольшая белая капля. Галина Петровна медленно выключила воду, сняла с рук резиновые перчатки и аккуратно повесила их на край раковины. Она повернулась к невестке. Алина стояла посреди просторной, обставленной по последнему слову техники кухни, уперев руки в бока...