Я стояла у плиты, когда Митя влетел на кухню и с порога выдал это так же легко, как сообщают, что закончился хлеб. — Бабушка сказала, что папа у меня молодец. Работает, старается. А мама просто с нами живет. От неожиданности я высыпала в кастрюлю целую пачку макарон вместо половины. Митя уже убежал в комнату — для него это была просто информация, которой он решил поделиться. Как делятся тем, что в садике давали компот с черносливом. Без веса, без яда. Просто слова. Только слова были не его. «Ты же дома сидишь, что тебе стоит» Галина Петровна появилась у нас восемь месяцев назад...

– Клава, ужин когда? Леонид спросил это, не поворачивая головы. Глаза в телевизор, ноги на пуфике, пульт на животе. Я сняла куртку, повесила на крючок. Поставила сумку. Размяла пальцы – после восьми часов за машинкой они разгибались не сразу. Половина седьмого. Смена закончилась в пять, после – магазин, маршрутка. Сорок минут в одну сторону. И вот я дома. А дома – грязная посуда с обеда, полная корзина белья и Леонид, который ждёт ужин. Тринадцать лет. Столько я живу в этом ритме, если считать с того года, когда Леонид ушёл с завода...