— Мам, а почему у нас две кухни? — спросила Соня, разложив на столе фломастеры веером, как гадалка карты. Елена замерла с чайником в руке. За окном тарахтел мусоровоз, где-то во дворе лаяла собака, а дочь спокойно закрашивала оранжевым второй холодильник на своём рисунке...

– Опять вчерашний? Глеб отодвинул тарелку. Не рукой – пальцем, будто она была чужая и липкая. Суп я варила в половине седьмого утра. Стояла у плиты и качала ногой коляску, потому что Глаша просыпалась от каждого щелчка конфорки. Так начинается у меня каждый день уже три года. – Свежий, – сказала я. – Сегодняшний. – Пахнет вчерашним. Он снял часы и положил их на подоконник. Так Глеб приходил домой: часы на подоконник, телефон экраном вниз, себя в кресло. Дальше можно было не шевелиться. Я подвинула к нему хлеб...