Связка ключей в прихожей качнулась и звякнула: кто-то отпирал дверь своим ключом. Ирина стояла у плиты, не оборачиваясь, и уже знала, кто это. Потянуло чужими духами и жареным луком из пакета. Воскресенье, шестнадцатое августа, два часа дня. С утра она сварила борщ на троих: себе, мужу и свекрови, которую Валерий позвал «просто посидеть». Про золовку с внуком никто не предупреждал. Ирине было сорок восемь. Двадцать пять лет она вела учёт в типографии, и привычка записывать каждую копейку въелась даже в тетрадку с продуктами...

— Я отдал твои часы Снежане, — Антон затянул узел галстука перед зеркалом в прихожей и даже не обернулся. Я держала кружку с остывшим кофе и смотрела, как белый круглый магнит от зарядки сиротливо лежит на пустой полке комода. Тонкий провод свисал до самого плинтуса. — Что ты сделал? — спросила я. Голос прозвучал ровно, без крика. — Отдал Снежане. Из нашего отдела, — он придирчиво стряхнул невидимую соринку с тёмно-серого плеча. — У неё вчера прямо на планёрке скакануло давление. Сто шестьдесят на сто десять...