Тимоша ставил кубик на кубик – зелёный, жёлтый, снова зелёный. Башня дрожала на третьем этаже. Он прижал ладошки к верхнему кубику и прошептал: – К-к-кубик, д-д-держись. Я стояла в дверном проёме детской и считала запинки...

Лада стояла у окна и смотрела, как муж выбивает коврик о бордюр возле подъезда — методично, с каким-то остервенением, будто мстил этому коврику за то, что тот вообще существует, — а потом перевела взгляд на телефон, где в чате его друзей, забытом открытым на столе, висело сообщение от Аркаши: «Серёга, ну чё, в пятницу сбор в девять. Я Вадика беру, он обещал коньяк армянский». Она перечитала это трижды, хотя могла бы и не перечитывать, потому что суть улавливалась с первого слова. В груди стало...