Лада стояла у окна и смотрела, как муж выбивает коврик о бордюр возле подъезда — методично, с каким-то остервенением, будто мстил этому коврику за то, что тот вообще существует, — а потом перевела взгляд на телефон, где в чате его друзей, забытом открытым на столе, висело сообщение от Аркаши: «Серёга, ну чё, в пятницу сбор в девять. Я Вадика беру, он обещал коньяк армянский». Она перечитала это трижды, хотя могла бы и не перечитывать, потому что суть улавливалась с первого слова. В груди стало...

ОДИН ВЫБОР, КОТОРЫЙ ВСЁ ИЗМЕНИЛ Юлия долго смотрела на мужа — на его холодное лицо, на сжатые кулаки, на то, как он ждал ее ответа. В доме стояла такая тишина, что был слышен стук собственного сердца. — Если ты не вышлешь маму завтра, я уходу, — сказал Александр очень тихо. — И Макса беру с собой. Юлия открыла рот, чтобы возразить, но не смогла. Потому что позади этих слов стояло все — три года молчаливого страдания, каждодневные унижения, вечные компромиссы, при которых правильными оказывались только желания ее сына...