Надя плохо высыпалась. Антон во сне пинался, ворочался и иногда разговаривал на неизвестном языке, вероятно, языке строителей. Но Надя была упёртой. Она училась в школе на пятёрки, ходила на английский и даже успевала вытирать пыль, потому что Зина требовала порядка. - Без порядка, — любила повторять Зина, — никакая семья не устоит. И Надя наводила порядок. Антон рос, превратился в шустрого мальца, который знал, что сестра сделает всё за него. Надя водила его в садик, забирала, таскала на развивашки, следила за его игрушками, которые он разбрасывал с артистизмом профессионального метателя...

— Да езжайте вы домой утром, чего вам тут со мной киснуть. Мать выставила ногу из-под пледа и пошевелила ступнёй — туда-сюда, как балерина на пенсии. — Видишь? Ходит нога. Снимок чистый, врач сказал — трещины нет, ушиб. А ты со мной носишься, как с малым ребёнком. — Мам, я неделю за свой счёт взяла, чтобы тебя в травмпункт возить и борщи варить. Ещё четыре дня есть. — Так свозила уже. И борща наварила на полк, и кладовку мою перебрала — банки подписала, я теперь компот от маринада по почерку отличаю...