Воскресный ужин в доме Ольги Ивановны всегда был ритуалом. Белая скатерть, старый фарфоровый сервиз с голубыми незабудками, доставшийся ещё от бабушки, и обязательная шарлотка — пышная, с румяной корочкой, посыпанная сахарной пудрой так щедро, будто за окном не промозглый ноябрь, а яблочный Спас...

— Там за оградой мужчина. Говорит, что папа Василисы. Тамара Игоревна умела подходить бесшумно даже по гравию. Ирина стояла со связкой шаров в одной руке и мотком скотча в другой — шары надо было отдать ведущей ещё десять минут назад, а скотч она непонятно зачем держала. — Какой папа? — спросила Ирина и услышала, что голос у неё чужой. — Денис. Он так назвался. Высокий, в футболке. С кругом. — С каким кругом? — С надувным. Большим. С арбузом. Вот на этом «с арбузом» её и повело. Как в маршрутке на голодный желудок, когда надо срочно к окну...